Хождение на три моря

Как-то Галечка спросила меня, почему я никогда не пишу в бложике о том, как всё было на самом деле.

И это, кстати, единственная причина, почему никто и никогда не узнает, как я заблудилась в домике Муми-Троллей в Стокгольме и едва успела на свой паром. Как я равномерно распределяла перевес из багажа по своим и чужим карманам в Тампере. Как я перепутала автобусы в Тулузе и почти уехала в другую сторону. Как на Мальте с моими испанскими соседями сходили в магазин, сложившись по 6 евро с человека и, клянусь, не нуждались в еде ещё целую неделю. Как в Гонконге я поначалу не ориентировалась в городе так, что целую неделю не могла попасть домой без помощи брата и от этого там со мной случалось ещё много абсурдного и необъяснимого. Но в сравнении со всем этим эта поездка в начале ноября просто бьёт все мои мыслимые и немыслимые рекорды.  

И в общем-то пора порадовать Галечку и написать о том, как я съездила к ней в гости. 

День ноль. Между её сообщением: «Слушай, а приезжай ко мне в Израиль пока я отсюда не уехала. Бесплатное жильё в общаге обеспечу, по стране поездим» и моим ответом «Вот это да!» прошло от силы секунд десять, согласиться на такое заманчивое приглашение у меня вышло ещё быстрее. Я истратила целую стипендию на билеты Санкт-Петербург-Стамбул-Тель-Авив и Тель-Авив-Стамбул-Санкт-Петербург и бросилась собирать чемодан, а Галечка тем временем составляла план нашего маршрута, попеременно жалуясь на то, как она скучает по свинине.

— Захвати воблы, если сможешь, — написала она.

Четыре найденных в запасах воблёшки почти восполнили их отсутствие в Галином рационе на протяжении четырёх месяцев. Ведь мы, астраханцы, никогда не бросаем друг друга без воблы в другой стране, да-да.

Медведь летает турецкими авиалиниями и шлёт привет с места у «а можно мне у окошка, пожалуйста».

8

День один. В аэропорту Бен-Гурион незадачливого туриста подстерегает просто пытошная. Подозрения, что в интернетиках пишут правду про паспортный контроль в Израиле возникли у меня ещё при вылете из Стамбула: допрос на двух языках, фотографирование всех страниц паспорта на мобильный телефон сотрудника.

Разговор же с работником паспортного контроля в Бен-Гурионе напоминал битву логики и разума. Мы говорили на одном и том же языке, но не понимали друг друга от слова совсем.

— Род деятельности?- спрашивали меня.

— Студент, — честно отвечала я.

— Кто вам дал деньги на билет?

— Ээ...это мои деньги, — не поняла я вопроса.

— Откуда?

Я честно ответила, что получаю стипендию и работаю фотографом.

— Ваш университет купил вам билет в Израиль?

— Нет, — опешила я от её домысла.

 — Ваше издательство купило вам билет в Израиль?

— Нет, — говорю я. — Я сама купила себе билеты.

— Откуда у вас деньги на билет?

И разговор пошёл по кругу.

Она спрашивала меня, где я остановлюсь и я честно отвечала, что остановлюсь у своей подруги.

— Когда родилась ваша подруга?- неожиданно спросили меня.

Логически я понимала, что ответь я хоть «надцатого мартобря», на паспортном контроле это всё равно не смогут проверить, но вопрос был слишком уж неожиданный и я замешкалась на пару секунд.

— А вы уверены, что она ваша подруга?- тут же спросили меня, — вы же даже не помните, когда она родилась!

— Да, конечно, — спокойно отвечала я. — Её зовут Галя. Я жила с Галей в одном городе. Я знаю Галю около пяти лет. Галя пригласила меня...

— Галя?- спросили меня, — почему вы называете только имя? Она что — мадонна?

На двадцать девятой минуте допроса меня отправили в окошко к русскоязычному сотруднику, тот, пролистав страницы моего паспорта, спросил дату обратного отъезда и...выпустил меня в город. Это было очень вовремя, поскольку предел моего терпения ограничивался как раз тридцатью минутами. И уже на вопросе про «мадонну» я поклялась себе, что в эту страну я больше ни ногой.

В аэропорту меня ждала Галечка, а потом мы ждали утра, чтобы дождаться поезда. Поезд начинал ходить только утром. Мы доехали до нужной остановки и стали её искать. Остановки нигде не было. Галечка сказала, что до неё идти всего минут пять, мы сели на автобус и полчаса колесили по всем близлежащим кварталам. Зато я выспалась.

Потом мы сели на автобус до Ариэля. До Ариэля от Тель-Авива ехать полтора часа. Тут я выспалась второй раз. В третий раз я выспалась в автобусе от Ариэля до Иерусалима, в четвёртый — на рыцарском фестивале, в пятый — в автобусе обратно. Мы, кстати, рассчитывали своё время так, чтобы уезжать не на последнем, а на предпоследнем автобусе. Уехали, конечно, на последнем. Потому, что на этот мы, понятное дело, опоздали.

Медведь фотографируется на фоне древних стен и шлёт привет из Иерусалима.

1

День два. Кажется, мы с утра должны были ещё вместе со всем прочим посетить Зихрон Яков, но, конечно, не успели. Зато в очередной раз выспались. Доехали до Тель-Авива и выспались ещё раз. В Тель-Авиве на той самой неуловимой остановке пересели на автобус до Хайфы и да, выспались ещё раз.

Наш хостел, если верить картам (а этому верить было никак нельзя) находился как раз через дорогу от остановки, где мы вышли. Мы вышли с остановки и никакого хостела рядом с нами не было. И никакой дороги тоже. Мы вернулись обратно на станцию (которая да, оказалась не той, на которую мы приехали) и спросили, как добраться до нужного нам адреса.

— Вам нужно сесть на поезд, — отвечали нам.

— Поезд?- переспрашивали мы. — А сколько стоят билеты?

— А ещё лучше на автобус, — посоветовали нам.

— Автобус?- снова спрашивали мы. — А сколько стоят билеты?

— А вообще сядьте на метронит, — сказали нам, — он бесплатный.

Мы сели на метронит и минут через сорок доехали до нужной нам остановки. Потом ещё столько же шли пешком по улице, которую наконец-то нашли. Номера домов на ней были обнаружены раз в квартал. Добравшись до хостела мы поехали исполнять моё желание — сидеть на море, смотреть на море и говорить о море. В итоге сидели на каком-то пустыре, смотрели в темноту и ели что-то с арахисовой пастой. Море шумело где-то в развернувшейся перед нами мгле. Я представляла там буйки и лодки. Желание можно было считать фактически выполненным.

Медведь фотографируется на фоне ночных Бахайских садов и шлёт привет из Хайфы.

2

День три. Ночевавшие с нами в одном номере эфиопские женщины и играющий каждые десять минут Nickelback добавили своего шарма к намечавшемуся утру. Но. Спать в горизонтальном положении — божественно.

С утра мы пошли исполнять желание Гали — завтракать в уличном кафе на открытой террасе французскими круассанами и двойным капуччино с корицей. Желания, как известно, должны сбываться хотя бы при помощи собственных усилий. Круассан был мал — желание нужно было загадывать конкретнее.

А потом мы пошли искать Бахайские сады. Сады «давай пойдём направо, а, нет, надо было налево» оказались на расстоянии метров «кажется, у меня одышка» вверх по лестнице, поворота «давай ты спросишь у того охранника» направо, пешего забега «меня успокаивает, что обратно идти вниз, а не вверх» в гору, очередного поворота «мы опять свернули не туда» и возвращения обратно «лучше скатите меня с этой горки». Сады «умереть десять раз, пока до них дойдёшь» были прекрасны, что тут сказать.

Оставшееся время мы грелись на пляже. А потом даже не опоздали на автобус обратно до Тель-Авива и от Тель-Авива до Ариэля. Это был успех.  

Медведь фотографируется на пляже Хайфы и шлёт привет с берега Средиземного моря.

3

День четыре. Задний двор дома, где обосновалась Галечка выходит окнами на Палестину. Её это уже не удивляет. По дороге от её заднего двора вниз, как раз за этим самым забором, живут даманы. Целая семья даманов. У Гали есть фотография дамана в телефоне, а ко мне эти звери так и не вышли.

И мы поехали в Тель-Авив. Пара лотерейных билетиков и ещё пара лотерейных билетиков. Базар под кодовым названием «преодолей себя, хватит жрать восточные сладости» и «триста пятьдесят колготок и всего за десять шекелей». Снова Средиземное море.

Недалеко от Яффо мы нашли место, где были, похоже, самые маленькие порции. Запомните это место и никогда там не ешьте. Если вы, конечно, не эстет последнего уровня, предпочитающий плетённые креслица, круглые столики на тонкой ножке и вид на морские волны нормальной еде. То, что мы не эстеты, а просто хотим жрать есть наш личный повод для гордости. И кое-что ещё. Спать в горизонтальном положении — божественно.

Медведь фотографируется над пляжем в Тель-Авиве и шлёт привет всем, кто в это время мокнет под дождём в Питере.

4

День пять. Галечка надоумила меня попробовать на вкус Мёртвое море.

— Ты палец намочи и попробуй с пальца,— так и сказала она мне.

Плевалась я ещё долго. А Галя оправдывалась, говоря, что мне бы всё равно пришла бы в голову эта идея, вот только хлебнула бы я уже водицы так, как обычно пробуют море на вкус.

На наших глазах один парень предпринял отважную попытку нырнуть в Мёртвое море в солнечных очках. Зачем он это сделал так и осталось загадкой, а к душу, для того, чтобы промыть, офигевшие от зашкаливающего количества соли, глаза его вели за руку — сам он был добраться уже не в состоянии.

Медведь фотографируется на фоне, плавающих кверху всеми частями тела, людей и шлёт привет с соляного берега Мёртвого моря.

5

День пять снова. Галя, кстати, отоваривается в супермаркете по специальным талонам, к которым местные жители уже привыкли и не обращают на эту студентоту внимания. Зато у меня теперь есть банка финикового как бы мёда, а всё остальное уже давно кончилось.

К вечеру мы добрались до Эйлата. Когда Эйлат строили, то забыли дать названия улицам. А когда поняли, что это надо сделать, то сделали это так, что запомнить, где какая улица всё равно никто не успел. Хостел мы искали заходя во все попадающиеся нам на глаза отели, в надежде, что те будут знакомы с конкурентами из другого ценового сектора.

Медведь фотографируется в свете розовеющего заката на берегу Красного моря ещё до этого безумного поиска нужного нам хостела. К тому моменту, когда мы его наконец нашли, успело стемнеть десять раз.

6

День шесть. Спать в горизонтальном положении — божественно. Кажется, сначала мы зачем-то искали аэропорт, идя вдоль взлётной полосы. Потом свернули на пустырь и даже этому не удивились. Дальше — провал памяти, отрыв башки и ожог кожи. Мы валялись на шезлонге и плавали в море, валялись и снова плавали, загорали и охлаждались, перегревались и перегревались.

— Мы овощи...

— Поздравляю, коллега! Мы шли к этому всё это время!

— Ура!!

В Эйлате мы второй раз вкусно поужинали. Этим вкусным местом в Израиле снова оказалась китайская кухня. Потом мы снова опоздали на автобус. И почему-то этому даже не удивились.

Медведь фотографируется на фоне Красного моря, самого моря за шезлонгами и отдыхающими почти не видно.

7

Желание увидеть сразу три моря меньше чем за неделю исполнилось. А этот полуторачасовой досмотр в аэропорту Бен-Гурион на пути обратно — уже издержки. Ну разве что спать в горизонтальном положении — просто божественно.

comments powered by HyperComments
Добрый путник войди в славный город Баку… — Делия Телеграф
2016-10-21 11:46:55
[…] стороны в этом направлении можно сравнить с паспортным контролем в аэропорту Бен-Гурион. В Израиле меня допрашивали сорок минут, здесь — […]